«Семья весом в три жизни»

dbc56e85481e7cf

Ненависть – это любовь, искалеченная обидой, — сказал поэт, эти слова как ничто другое подходят при описании чувств недооценённой художнице-скульптору Камилле Клодель. Молодая муза Огюста сошла с ума, так и не познав вкуса славы и успеха. Сам же Роден глубоко страдал от разрыва с гражданской женой и любовницей, сохранив к обеим теплые чувства. В запутанной истории любви нам поможет разобраться сам автор балетного спектакля «Роден» — Борис Эйфман.

Премьера балетного спектакля «Роден» в постановке Бориса Эйфмана состоится в «Астана Опера» 22-23 ноября 2013 года.

История любви, извечный любовный треугольник, страсти, психологическая драма, эмоции – первые ассоциации, которые возникают с балетом «Роден». Какова на Ваш взгляд расплата Огюста Родена за возможность называться великим скульптором?

— Это очень большая, страшная цена. Человеческое счастье, здоровье, душевный покой – все это было принесено им в жертву во имя обретения творческого бессмертия.  Шедевры Родена и Клодель на протяжении десятилетий восхищают миллионы людей. Но лишь немногие задумываются о том, какие драмы наполняли творческое закулисье великих мастеров, их личную жизнь. Путь подлинного гения, творца – всегда путь испытаний и лишений. Именно об этом мы размышляем в нашем балете.

705ddcd8d6904f3

Является ли балет «Роден» биографичным?

— В значительной степени, как и все мои спектакли. Понимаете, я не могу сочинять балеты о персонажах, мне неблизких. Между мною и героем моей постановки непременно должна существовать определенная метафизическая связь, нити духовного родства. Мне хорошо понятны переживания и сомнения, наполнявшие жизнь Родена. Кроме того, мне очень близка неразрывно связанная с его личностью тема жертвенного творческого труда, этой добровольной каторги, на которую обрекает себя художник. Ежедневно работая по 10 часов без отпусков и выходных, отказываясь от множества благ и элементарных человеческих радостей, я точно знаю, что значит самоотречение.

Роза – персонаж, явно проигрывающий перед Клодель, уже только потому, что она не гений, каково Ваше отношение к этой героине?

— Я испытываю к ней чувство глубокого сострадания. «Вина» Розы лишь в том, что она была совершенно обычной женщиной, погруженной в быт и желавшей простого человеческого счастья. Она стремилась привнести в мир Родена покой и уют, но ничего большего дать ему не могла. Поэтому и оставалась всю жизнь преданной, но нелюбимой спутницей гениального художника.

Можно ли считать Огюста Родена разрушителем жизней двух женщин?

— Да. Но это лишь одна из сторон сложнейшей судьбы Родена. Он не был мучителем и негодяем, упивавшимся страданиями других, и не творил зло осознанно. Безусловно, связь с Роденом измучила и погубила Камиллу, отняла у нее рассудок. Но эта же связь питала Клодель творческой энергией, вдохновляла на создание великих работ. Поэтому их союз был одной из самых необычных историй любви. Точнее не просто любви, а любви-ненависти, любви-смерти. Что касается Розы, то ей в этом треугольнике была уготована участь невинной жертвы, попавшей в тот безумный водоворот страстей и терзаний, который представляла собой жизнь Родена.

Роден завидует Камилле?

— Роден явно испытывал по отношению к ней это чувство. Но это была именно творческая, профессиональная зависть. Великий художник, он не мог не понимать масштаба гения Камиллы. И я думаю, что в сознании Родена – скульптора, всю жизнь работавшего в поте лица и мучительно долго шедшего к своему мастерству – так или иначе присутствовала мысль о несправедливости судьбы, пославшей этой юной девушке уникальный «моцартовский» дар. Я бы сказал: вспомните Моцарта и Сальери. Но Роден, конечно, не был Сальери. Скорее, здесь уместно сравнение с Бетховеном – автором, постоянно погруженным в муки творчества.

Всегда ли могут актеры понять и передать всю драму, трагедию жизни?

— Это их первичная профессиональная задача. Наверное, есть особо сложные эмоциональные состояния, погрузиться в которые под силу не каждому исполнителю. Артистам также может элементарно недоставать жизненного опыта для осознания глубины той или иной трагедии. Но я, тем не менее, всегда ожидаю от танцовщиков полной самоотдачи – как физической, так и духовно-психологической.

Почему Вы выбрали Родена? Что Вас побудило на создание балета?

Идея сочинить балет о Родене — художнике, работавшем с телом и направившем всю силу своего дара на то, чтобы выразить в пластике эмоциональный мир человека – настолько закономерна для хореографа, что кажется, она всегда была в моем подсознании, вызревая и дожидаясь своего часа. Другое дело, что никто никогда не назовет точное время рождения замысла спектакля. Импульсом, подтолкнувшим меня к сочинению балета «Роден», стало подробное знакомство с биографией знаменитого скульптора и трагической историей его взаимоотношений с Камиллой Клодель – музой и ученицей. Меня до глубины души потряс этот сюжет о любви, безумии и творческом союзе, обернувшемся катастрофой.

Насколько близок Вам по мироощущениям Роден?

— Он близок мне, прежде всего, безграничной преданностью искусству, готовностью пожертвовать всем во имя своей творческой миссии. Я никогда не поставлю знак равенства между собой и гениальным скульптором. Но, посвятив ему больше года жизни, могу со всей ответственностью заявить: я действительно понимаю и чувствую эту личность.

Можно ли назвать балетный спектакль «Роден» пессимистичным, получается, что все герои несчастны?

-Я не считаю исключительно пессимистичным ни наш балет, ни историю Родена и Клодель. В конце концов, в их жизни были и истинная любовь, и грандиозные творческие свершения. Мне просто свойственно особое восприятие мира – как череды драм и конфликтов. Кто-то посчитает такой подход излишне давящим. Однако для меня он – ключ к пониманию тайн жизни человеческой души. Показательно и то, что наши спектакли, в конце концов, зрителю придти к катарсису, очищающему эмоциональном потрясению.

Как создавались костюмы и декорации для балета?

— Декорации балета «Роден» созданы Зиновием Марголиным, костюмы – Ольгой Шаишмелашвили. Это прекрасные театральные художники, способные мгновенно усвоить суть творческого замысла автора спектакля и развить его в яркие и глубокие визуальные образы. При работе над сценографией основной задачей была не имитация стиля роденовской эпохи, а поиск решений, способных отразить авторское отношение к героям балета. Считаю, что Марголину и Шаишмелашвили удалось достигнуть такой цели.

Над чем Вы сейчас работаете?

— Я готовлю балет «Реквием», который будет состоять из двух частей. Одна из них поставлена по мотивам одноименной поэмы А. Ахматовой на музыку Шостаковича. Как известно, в этом произведении отражен страшный опыт поэтессы, связанный с арестом ее сына. Другая часть спектакля сочинена на основе нашего старого балета «Реквием», поставленного на музыку Моцарта. Премьера пройдет в Петербурге 27 января 2014 года – в день 70-летия снятия блокады Ленинграда. Первыми зрителями «Реквиема» станут ветераны и блокадники, которых мы пригласим на спектакль. Вместе с нашей труппой в премьере примет участие оркестр «Виртуозы Москвы» под руководством Владимира Спивакова.

Вы в Казахстане не в первый раз, чем запомнилась поездка в столицу?

— Никогда не забуду свой приезд в Астану в январе 2012 года, когда перед показом балета «Анна Каренина» на сцене Дворца мира и согласия президент Нурсултан Назарбаев лично вручил мнепочетное звание «Заслуженный деятель Казахстана». Я искренне горжусь этой наградой. Рад, что способен внести свою лепту в укрепление культурных связей между нашими странами.

Чего ждете от этой поездки?

— Я хочу, чтобы балет «Роден» вызвал живой отклик в душах казахских зрителей, а также заставил бы их задуматься о том, насколько трагичным бывает земной путь художников. Также надеюсь, что премьера этого спектакля на сцене театра «Астана Опера» будет способствовать духовному сближению народов России и Казахстана.

С какой эмоцией идти казахстанскому зрителю на премьеру?

— Я не хочу программировать восприятие зрителями своих спектаклей. Могу попросить их об одном: попытайтесь полностью открыть свое сердце тому искусству, встреча с которым Вам предстоит.

Ваше пожелание новому театру.

— Желаю театру «Астана Опера» стать подлинным мировым центром сценических искусств. У него есть для этого все условия: прекрасно оборудованная площадка, сплоченный коллектив, профессиональное руководство. Сохраняйте веру в себя и в свое творчество, не бойтесь искать и экспериментировать, будьте искренними перед зрителем – и тогда все непременно получится.

Генеральный спонсор

Спонсоры и партнеры