Astana Opera: загадки Турандот

На сцене Государственного театра оперы и балета «Астана Опера» с триумфом прошла премьера оперы Джакомо Пуччини «Турандот».
www.kazpravda.kz

Международный проект с учас­тием солистов Китайского национального оперного театра, приглашенных вокалистов из Италии и Болгарии подготовлен к 20-летию Астаны и состоялся при содействии Министерства культуры и спорта.

Жители и гости столицы в полной мере смогли насладиться оперой «Турандот» по мотивам одноименной сказки Карло Гоцци. Эффектная сценография сочетала новейшие цифровые технологии, виртуальные и классические декорации, видеомэппинг, спецэффекты и шикарные костюмы. «Турандот» впечатлила прекрасными голосами и великолепным звучанием оркестра. Спектакль оказался соответствующим гениальной партитуре, которую эксперты в области музыкального театра считают последней в оперном жанре в истории мирового музыкального искусства.

Сюжетная канва «Турандот» необычна, но характерна для своего времени. В ХIХ веке в Европе одной из тенденций культуры стало обращение композиторов и художников к теме Востока. Отсюда интерес к Японии, Индии, Китаю, Азии в целом. Вспомним таитянок П. Гогена, «Японский мостик» К. Моне, «Шехеразаду» Н. Римского-Корсакова, «Князь Игорь» А. Бородина, «Мадам Баттерфляй» Дж. Пуччини… В этом же русле оказалась и «Турандот», где композитором мастерски воссоздан китайский национальный колорит.

Интересно, что фабула изобилует тюркизмами: имя принцессы созвучно казахскому этнониму «Туран» – древнему названию Великой степи, Калаф – принц ногайский, сын астраханского хана Тимура, в диалогах то и дело упоминаются татарский, киргизский принцы. В опере средневековая легенда полна жизненной силы, символическими и философскими смыслами. Красивая бессердечная Турандот загадывает загадки принцам, не разгадавших ждет смерть. Калафу удается их отгадать и покорить принцессу силой любви. Но, спасая Калафа, погибает влюбленная в него девушка Лиу.

«Турандот» – совершенно новое для оперного стиля Пуччини произведение. Громадные хоровые массивы ораториального плана, яркий и смелый музыкальный язык произведения отличается от предыдущих камерно-лирических опер композитора, автора знаменитых «Богемы», «Тоски» и «Мадам Баттерфляй». Другой особеннос­тью оперы является прекрасный мелодизм, роскошные гармонии, богатая оркестровая палитра. И в этом своем качестве опера тоже пос­ледняя. Композиторами в ХХ веке будут созданы оперы, где царит иная музыкальная эстетика атональности и додекафонии, отказа от мелодического начала.

На столичной сцене опера была полна страстей и контрастов. По музыкальной части «холодно-ледяная» тема звучит у Турандот, героическая – у принца Калафа, комическая с налетом цинизма и сарказма – у трех министров и, наконец, романтическая – у несчастной Лиу. Постановка, безусловно, обречена на успех, определяемый прежде всего высоким профессионализмом исполнительских сил и блестящим творческим тандемом: дирижером-постановщиком Аланом Бурибаевым и режиссером-постановщиком Давиде Ливермором.

В дни премьеры партию Турандот исполнили приглашенная сопрано – Мартина Серафин (Австрия) и солистка Astana Opera, заслуженный деятель Казахстана Жупар Габдуллина. Обе певицы – незаурядные обладательницы сильных голосов, ведь партия Турандот – одна из сложнейших в мировом оперном репертуаре.

Мартина Серафин вокально и артистически создала образ неприс­тупно холодной, с имперским «соз­нанием вечной чистоты» дочери Поднебесной. Каждое сценическое движение Мартины преисполнено аристократического величия. Жупар Габдуллина представила гордую принцессу более капризной и драматичной. В заключительной сцене, где принц побеждает Турандот поцелуем любви, певице удалось блеснуть темпераментом, тембром голоса с нотками драматизма. Казах­станская сопрано сорвала шквал аплодисментов. (Отметим, что в зале присутствовали иностранные гости, преимущественно итальянцы, то и дело горячо реагировавшие возгласами Bravо! Bravi! на многие арии, дуэты, ансамбли и хоры.)

Партию Лиу блестяще спела заслуженная артистка Казахстана Майра Мухамедкызы. Экспрессивный образ ее героини преисполнен страсти и трагизма. Во втором составе в этой роли выступила заслуженная артистка Казахстана Жаннат Бактай, трактовавшая свою героиню более хрупкой, женст­венной и нежной. Сила любви Лиу заставляет сопереживать ей и оплакивать ее судьбу.

Болгарский тенор Камен Чанев представил Принца Калафа. Триумфом солиста явилась знаменитая ария Nessum Dorma из третьего акта, предмет обожания меломанов и одна из любимых арий теноров. Добавим, что в 2015 году в Astana Opera Камен Чанев исполнил партию Радамеса в опере Дж. Верди «Аида».

Ряд мужских партий великолепно исполнили приглашенные солисты Пекинской оперы. На роль китайского императора Альтоума был приглашен солист Китайского национального оперного театра, известный тенор Ли Шуан. Порт­фолио певца внушительно: он неоднократно выступал в Японии, Австралии, странах Европы, в Америке, Египте, Сирии, Судане, ОАЭ, Южной Корее… Молодой баритон Китайского национального оперного театра Ю Цзинжэнь исполнил роль Тимура. Министры при дворе – также солис­ты Китайского национального оперного театра. Гэн Чжэ, Ли Сян и Лю Иран выразительно продемонстрировали удивительную слаженность голосов терцета, запомнились актерским комизмом.

Исполнение музыкантами Astana Opera оркестровой части «Турандот» заслуживает всяческих пох­вал. Симфоническая партитура оперы отличается необычайной сложностью, в ней усилены группы ударных, медных и деревянных духовых инструментов, слаженного звучания которых достичь весьма непросто. Однако техническая сторона звучания, полная виртуозных моментов, преодолевается легко благодаря таланту дирижера и крепкой профессиональной подготовке музыкантов.

Необычайная энергетика, исходящая от дирижера и оркестрантов, солистов и хора, как нельзя лучше передает замысел композитора, донося до публики художественную идею, рельефы и тонкости образно-эмоциональной сферы оперы.

Главный дирижер театра, заслуженный деятель Казахстана Алан Бурибаев имеет за плечами солидный дирижерский опыт. Так, в портфолио маэстро многочисленные интересные работы с известными оркестрами Европы, США, Австралии, Японии. Режиссер-постановщик Давиде Ливермор – заметная фигура в мире музыкального театра. Он работал с выдающимися исполнителями, ставил спектакли в известнейших театрах разных стран.

Впечатляют хоровые сцены и сам хор театра, хормейстер – заслуженный деятель Казахстана Ержан Даутов. Для творчества Пуччини не были характерны хоры, но в «Турандот» вдруг появляются красивейшие хоровые сцены. Исследователи творчества композитора связывают это с влиянием «Бориса Годунова» М. Мусоргского. Хоровой стиль Пуччини здесь приближается к ораториям – грандиозным вокально-симфоническим произведениям.

Хоровые сцены оперы воплощают народ Китая – важнейший персонаж оперы. Он все время в динамике: то испуганный, как в сцене само­убийства Лиу, то подобострастный к императору, то озлобленный или жалостливый, как в сцене казни персидского принца. В опере помимо мужского, женского и смешанного участвует и детский хор, умиляющий своим невинно чистым темб­ром – то на сцене, встречая восход Луны, то на балконах зрительного зала, «комментируя» действие. И это придает звучанию интересный стереофонический эффект.

Стереоэффектов в опере несколько: пение хора за сценой, как бы вдалеке, сигналы медных духовых, призывающих выполнять приказы принцессы, и другие, что создает некую звуковую интригу.

Сценография спектакля – плод труда художников-постановщиков Софьи Тасмагамбетовой и Павла Драгунова, дизайнера по проекциям Карло Каморали, художника по свету Винченцо Рапони, группы итальянских инженеров-разработчиков. Сложные механизмы, автоматика, IT-технологии с шестью led-экранами, плавно передвигаю­щимися вдоль сцены со сменой изображений, цвета и орнамента, помогают передать смысл и настроение тех или иных моментов действия.

Особенно зрелищны словно вырезанные из красивого, но холодного серо-голубого мрамора стены дворца, монументальные и незыб­лемые поначалу, символизирующие мощь императорской силы и одновременно каменную душу принцессы. Те же самые стены, разлетающиеся на мелкие осколки в сцене победы любви Калафа и обнажающие под холодной поверх­ностностью золотисто-теплые оттенки орнаментально резных стен, выражают основную идею оперы на визуальном уровне. Интересны приемы окрашивания видеопроекций в ярко-красный цвет: цвет крови в сцене казни персидского принца он «трансформируется» в опадающие лепестки роз в сцене самопожертвования Лиу во имя любви и счастья Калафа.

Безусловно, «фишкой» в нынешней постановке стала специально оборудованная сцена с внезапно вырастающими тумбами и невидимыми люками, а также огромной платформой, куда помещаются император, хор и солисты, которые плавно исчезают либо появляются перед публикой. Есть в этом что-то сказочное и символическое.

Ну и, конечно, прекрасна музыка Пуччини. Когда наслаждаешься исполнением и голосами, переживаешь драму вместе с ее героями. Большего счастья для создателей спектакля и не придумать.

Генеральный спонсор

Спонсоры и партнеры