​Из Астаны — с любовью

Гастроли театра Astana Opera в Алматы стали одним из ярких событий культурной жизни города.

Алматинцы ждут этих выступ­лений с нетерпением, заранее предвкушая встречу с признанными шедеврами и оригинальными премьерами, ведь не секрет, что в репертуаре Astana Opera нет случайных постановок – здесь собраны лучшие спектакли мировой сцены. Театр не обманул ожиданий зрителей: были представлены опера А. Жубанова и Л. Хамиди «Абай» в новаторской постановке известного итальянского режиссера Джанкарло дель Монако и музыкальной редакции Алана Бурибаева, балет «Манон» Кеннета Макмиллана и культовый спектакль Ролана Пети «Собор Парижской Богоматери». Билеты на все спектакли были раскуплены задолго до начала гастролей.

Балетная составляющая гас­трольной афиши оказалась просто пиршеством для глаз и сердец любителей современного балета. Два шедевра ХХ века – «Манон» и «Собор Парижской Богоматери» – в оригинальной версии можно увидеть далеко не в каждом театре, для постановки спектаклей требуется специальное разрешение авторских фондов. Те, в свою очередь, смотрят на профессиональный уровень труппы и технические возможности театра. Этим параметрам Astana Opera вполне соответствует. Но главную роль в возможности получить права на постановку балетов сыграл авторитет художественного руководителя балетной труппы Astana Opera народной артистки России Алтынай Асылмуратовой. Она была лично знакома со знаменитыми хорео­графами и блистала в их спектак­лях: в качестве приглашенной солистки на сцене лондонского Ковент-Гардена, в Марсельской опере, а также в родном Мариинском театре.

Драматический балет «Манон», показанный в Алматы первым, поставлен знаменитым английским хореографом в 1974 году и продолжает счастливую сценическую жизнь в крупнейших театрах. В свое время сэр Кеннет Макмиллан перевернул представления о сюжетном балете, возведя его до уровня психологического театра, не лишив при этом хореографию выразительности и порой даже чрезмерной изобретательности (очевидцы говорят, что во время постановки хореограф был страстно увлечен фигурным катанием и потому начинил танец главных персонажей головокружительными поддерж­ками и пируэтами).

Кроме очень сложной хореографии, Макмиллан вынес на балетную сцену нешуточные страсти, неоднозначные характеры, обнажил не самые привлекательные стороны человеческой натуры. При всей условности искусства балета он добивался не только от солистов, а от всех артистов достоверности поведения и почти кинематографической точности деталей. И балет, созданный более 40 лет назад, по сей день вызывает у зрителей искреннее сопереживание и сочувствие.

Зал с неослабевающим вниманием следил за перипетиями истории любви Манон и скромного дворянина де Грие, взрывался аплодисментами, смеялся гротескным сценам пьяного Леско, которого очень точно и ярко воплотил ведущий солист балета Бахтияр Адамжан, замирал, завороженный кантиленой пластического трио: Леско (Б. Адамжан) – Манон (М. Басбаева) – господин Г. М. (Ж. Иманкулов), а в финале спектакля искренне разделял чувства де Грие (Р. Сейтбеков), рыдающего над бездыханным телом любимой.

Для исполнителей балет Макмиллана сложен тем, что нужно и безупречно, без видимых усилий исполнить сложнейшую хореографию, и создать яркий запоминающийся образ, наполнив его индивидуальностью. Не станцевать и даже не сыграть Манон, а стать ею на время сценического действа. Совершить это чудо удалось Мадине Басбаевой, бесспорной приме Astana Opera. Четыре дуэта Манон и де Грие, жемчужины английского хорео­графа, – это четыре состоя­ния, от зарождения роковой для обоих страсти до смерти виновницы всех злоключений. Безупречная техника, хрупкая безукоризненная фигура, точные жесты и невероятная внутренняя наполненность позволяют Мадине Басбаевой создать образ такой Манон, которую любишь, которой сочувствуешь, логику поступков и даже легкомыслие которой понимаешь и принимаешь. Высокая техника балерины не является самоцелью – головокружительный пируэт, акробатическая поддержка или просто взгляд, брошенный искоса на партнера, – все это равнозначный материал, из которого она мастерски лепит непростой и запоминающийся образ.

Такой образ, конечно, не может существовать вне партнерства, им стал ведущий солист театра Рустем Сейтбеков, исполнитель партии кавалера де Грие. Артис­ты столичного театра имеют редкую возможность не только танцевать ставший классикой спектакль, но и шлифовать свои партии под руководством Алтынай Асылмуратовой и Константина Заклинского – звезд первой величины балетного театра. При этом мастера не создают слепки с собственных образов, а стремятся раскрыть индивидуальность молодых исполнителей.

Запоминающегося господина Г. М. создает Жанибек Иманкулов, причем сама партия совершенно лишена развернутой танцевальной лексики: это холодный охотник за удовольствиями, готовый любыми путями добиваться желаемого. Ловкий и расчетливый брат героини Леско в исполнении Бахтияра Адамжана то и дело срывал аплодисменты зала блес­тящим исполнением и яркими актерскими находками. Зрители отметили также Анель Рустемову, создавшую в эпизодической партии подруги Леско цельный, выразительный характер и легко справлявшуюся с техническими сложностями роли.

«Манон» – это балет о роскоши и нищете, и эту идею прекрасно реализовал в оформлении спектакля друг и соратник Кеннета Макмиллана художник Николас Георгиадис. Театр представил спектакль во всей его красе, декорации при транспортировке занимали несколько вагонов. Надо отдать должное профессио­нализму технического руководства и служб Astana Opera, которые в рекордные сроки, точно и быстро адаптировали сложные декорации под совершенно другие параметры сцены.

Благородные ткани, настоящие меха, сверкание драгоценностей – все это пиршество красок и фактур призвано показать реальность бытия героев. Три акта насыщенного драматизмом действия пролетели незаметно. Зрители, привыкшие к двухактным спектаклям, словно бы попали во временной портал, чему, судя по долго несмолкающим аплодисментам, были несказанно рады…

«Собор Парижской Богоматери» легендарный французский хореограф Ролан Пети поставил в 1965 году вместе с такими же знаменитостями, как и он сам: сверхмодным кутюрье Ив Сен-Лораном, композитором-авангардистом Морисом Жарром, известным художником театра и кино Рене Альо. Объединив усилия, они создали одну из самых стильных постановок своего времени. В балете – 13 эпизодов и всего 4 персонажа: звонарь собора – хромоногий горбун Квазимодо, красавица цыганка Эсмеральда, раздираемый внутренними противоречиями и страстями священник Клод Фролло и красавец-супермен капитан Феб.

Непрерывность действия, стремительность развертывания сюжетной линии делают этот спектакль невероятно экспрессивным и абсолютно современным.

Музыкальность хореограф считал одним из краеугольных камней балетного действа. В его постановках нет пустот, балетмейстер обыгрывал каждую ноту, а в партитуре Мориса Жарра, где музыкальный размер меняется на протяжении всего спектакля, такое попадание становится большим испытанием. И не только для исполнителей балетных партий, но и для музыкантов и дирижера. С этой задачей блестяще справились дирижер Арман Уразгалиев и коллектив симфонического оркестра театра. Оркестр звучал великолепно, после антракта выход дирижера был встречен бурной овацией, что даже несколько задержало начало второго акта. Такое в театре случается нечасто!

Спектакль шел два вечера, и перед зрителями предстали два состава исполнителей главных партий, и каждый из них предлагал свою трактовку героев.

Блистательный капитан Феб – образ, требующий не столько психологической глубины, сколько чувства стиля. Примечательно, что педагог-репетитор Astana Opera, заслуженный артист России Константин Заклинский был несравненным Фебом на сцене ленинградского театра в 1978 году. Спектакль на сцену Кировского (Мариинского) театра переносил сам Ролан Пети, и танцовщик смог принять стиль хореографа из первых рук, а теперь и передать свои знания молодым исполнителям партии – Олжасу Тарланову и Еркину Рахметуллаеву.

Партия Клода Фролло, чью душу терзают греховные страс­ти, невероятно сложна и технически, и психологически. Когда он впервые появляется на сцене, на светящейся ажурной плоскос­ти собора вспыхивает ярко-алое, пламенеющее страстью пятно. В балете много символов, знаков, которые можно и не заметить при первом просмотре, но они подспудно действуют на подсознание зрителя. Серик Накыспеков буквально взмывал в воздух. Его персонаж мягко, по-кошачьи приземляется, изгибается в ломке преступных желаний, черной тенью проносится в воздухе в сцене любовного дуэта Эсмеральды и Феба.

Фролло Армана Оразова – человек-футляр, застегнутый на все пуговицы, пытающийся загнать внутрь безумную преступную страсть. И лишь руки выдают возбуждение: нервно трепещущие, выразительные, они, казалось, живут своей жизнью. Для молодого танцовщика это уже вторая роль в этом балете. Ранее он исполнял Феба, а в партии Фролло раскрыл в себе дар психологического и пластического перевоплощения.

Ведущему солисту балета Бахтияру Адамжану удалось необыкновенно сильно и точно передать пластикой «прекрасную душу, заключенную в уродливом теле». Его Квазимодо – это действительно «дитя природы», красивое и сильное существо, заточенное в уродливую оболочку. Квазимодо другого исполнителя – Рустема Сейтбекова – более психологичен, для него выбор между хозяином Клодом Фролло, спасшим когда-то ему жизнь, и любовью к Эсмеральде становится фатальным.

Красавицу Эсмеральду, ставшую жертвой страсти и коварства священника, беззащитную и необыкновенно трогательную в своей вере в доброту и красоту мира, представила зрителям Айгерим Бекетаева. Особенно пронзительно эта тема звучит в дуэте с Квазимодо – Бахтияром Адамжаном.

Во второй вечер партию Эсмеральды потрясающе исполнила Мадина Басбаева. Она наполняла пластический текст собственным смыслом. А незаурядная природная красота заставляла увидеть в ней именно ту Эсмеральду, которую описывал Виктор Гюго в своем романе. Наверное, именно такую – стильную – Эсмеральду представлял и эстет Ив Сен-Лоран, рисуя эскизы легендарного костюма цыганки. Но, несмотря на хрупкость, балерина наделяет свою героиню такой внутренней силой, что в сценах с Фролло она не выглядит жертвой. Скорее, наоборот, священник тушуется, встретив такой неистовый отпор и бесстрашие юной красотки.

Хочется отметить, что заключительный спектакль гастрольных представлений Astana Opera был настоящим откровением, тем потрясением, которое заядлые теат­ралы испытывают, быть может, несколько раз в жизни. Как-то все сошлось: потрясающий дуэт Мадины Басбаевой и Рустема Сейт­бекова, великолепная работа дирижера и оркестра, танцующий с полной отдачей кордебалет.

Гастроли театра Astana Opera в Алматы, проходившие в рамках программы «Рухани жаңғыру» при поддержке Министерства культуры и спорта, завершились под оглушительные овации. Алматинская публика в течение 15 минут несмолкающими аплодисментами благодарила артистов за встречу с настоящим искусством, за уникальную возможность увидеть балетные шедевры ХХ века.

Автор:
Флюра Мусина

Генеральный спонсор

Спонсоры и партнеры